Недоброе вчера

My Way 03042017

…И все-таки, вчерашний день, какие бы прилагательные к нему не подбирать, требует фиксации. Хотя, честно сказать, мутный шок и натертые ноги — все это вполне можно пережить, и вчера, к сожалению, было много людей, пострадавших намного серьезнее… я сейчас не только о погибших и раненных, но и о тех, до кого не доехали скорые и пожарные, потому что доехать никуда вообще было нельзя, и о застрявших в центре родителях с младенцами и полуживых стариках… Впрочем, все по порядку.

Я работаю в самом что ни на есть центре, на Невском, и с работы вчера ушла как раз тогда, когда закрыли метро и полетели в эфир первые новости о теракте. Дозвонившись дочери и убедившись, что с ней все в порядке и она ждет у Гостинки автобуса, который отвезет ее в наши южные края, я почти что успокоилась и решила все-таки успеть на назначенную встречу (дура). Очень скоро стало понятно, что на проспект Добролюбова — то есть к метро Спортивная — можно попасть только одним способом: пешком, — но ведь это недалеко, подумала она, то есть я, то есть дура. Кусочек Невского, Стрелка, два моста — и я у цели. И отдам документы, которые вот обязательно нужно отдать, потому что иначе они не попадут по назначению к среде… ну и так далее, обычный бред офисного планктона.

Впрочем, возможно, дело было в том, что мы все как-то расслабились. Терактов давно не было в принципе, а уж в нашем городе так и подавно — но при этом какие-нибудь пакости с дымом и прочей пиротехникой периодически случались то здесь, то там. Так что я поначалу даже не особо волновалась, и даже была уверена, что метро откроют, как обычно, часа через полтора-два после проверки — а я как раз со встречи освобожусь. Ну, в крайнем случае, возьму такси.

Пока я шла через Невский и Неву, навстречу валили толпы, в основном молодежь (взрослые еще сидели на работе) — и все со смартфонами, абсолютно все. Вокруг звонило и пищало беспрерывно, но очень скоро сети начали загибаться под нагрузкой, так что связаться с кем-либо становилось все сложнее. Но еще не было ни страха, ни нервов, так — легкий ажиотаж у одних и досада у других: срывались планы, летели к черту договоренности, выбраться из центра было уже почти невозможно. Даже если и удавалось взять штурмом троллейбус, он полз со скоростью улитки по склону Фудзи. Впрочем, когда я вышла со встречи, передав по назначению дурацкие бумажки — все стало еще паршивее. МЧС прислало сообщение о том, что в Петербурге закрыта СИНЯЯ линяя — и, видимо, не только мне, потому что к Спортивной побежали толпы. Разумеется, бежали все — и я в их числе — совершенно напрасно, метрополитен был уже закрыт весь, и добираться домой предстояло непонятно как. Да, кстати, МЧС на этом информирование сограждан закончило, более ни одного смс-сообщения о ситуации в городе не было.

У Спортивной, натурально, скопились толпы, а с наземным транспортом там всегда было не слишком хорошо. Все маршруты ведут на север и на Васильевский, в центр и на юг уехать нельзя. Все, что приходило на остановку — забивалось немедленно; многие маршрутки просто летели мимо, не останавливаясь. Разумеется, никакого бесплатного проезда. Точно также просвистывали и легковушки: голосовать пытались многие, но НЕ ОСТАНОВИЛСЯ НИКТО… Так что читать посты про «сплотившийся город» мне, с одной стороны, приятно — но с другой, их содержание несколько расходится с моим непосредственным опытом. Кроме того, невозможно было войти на любимый rusavtobus и простроить наземный маршрут — сервис благополучно «лег» под волной запросов. Убер и Яндекс-такси оказались бесполезны — также, как и все остальные такси-провайдеры. Машин просто не было. Так что я постояла, подумала, померзла, плюнула — и пошла. Наверное, можно было сесть в каком-нибудь кафе с файфаем и начать искать решение проблемы в интернете, но это как-то не пришло мне в голову. Уже добравшись до дома, я вычитала, будто бы таксовичков развозил всех бесплатно (не видела машин ни у одной станции метро), а в VK по какому-то там хештегу можно было найти попутку. Возможно, так оно и было, и кому-то повезло найти свои четыре колеса, но это была не я. А еще — но это уже позднее, к половине седьмого — вроде бы пустили бесплатные автобусы вдоль линий метро — и народ выстраивался в очереди, чтобы в них залезть, и выламывал двери в процессе посадки. Кроме того, город встал — намертво. Я так думаю, что по десятибалльной шкале пробки у нас были баллов 12. Так что даже те, кому повезло с транспортом — как моей дочери, например, которой удалось таки втиснуться в автобус после полутора часов ожидания — в результате стояли в этих чертовых пробках и пребывали к точке назначения не быстрее, чем если бы шли пешком. Говорят, что встал даже платный ЗСД. Вам вот что больше нравится: стоять в густой, нервной, пахнушей потом и бензином, но теплой толпе три часа кряду — или те же три часа идти пешком по прекрасному, ледяному, но опять же нервному городу? По-моему, ответ очевиден 🙂

Я не знаю, заставит ли вчерашний день наших власть предержащих товарищей задуматься хоть о чем-нибудь, кроме скорейшей передачи Исаакиевского собора РПЦ (я уже слышу это «бог наказал») — но вот мне опять и снова стало очевидно, что в нашем городе вообще нет нормального наземного способа передвижения с юга на север и vice versa. Я это обнаружила еще несколько лет назад, когда мечтала покататься на велосипеде по Карельскому перешейку, и все прикидывала, как бы его, то есть велосипед, доставить, не откручивая колеса и не пересекая город по проезжей части, если не к Девяткино, то хотя бы к Финляндскому вокзалу. Беспересадочных вариантов не было вообще, да и с пересадками возникали вопросы. А вчера стало совершенно ясно, что наземный транспорт почти что весь ходит исключительно «по параллелям», а вот по вертикали — метро, метро и еще раз метро. Все «вертикальные» автобусы-троллейбусы-трамваи моего ленинградского детства давно поснимали или обрезали, маршруточники тоже не особенно стараются. Это наблюдение номер один. А второе — и еще более очевидное: метро закрывается = город парализован. Буквально через полчаса уже никто никуда не едет, включая врачей, пожарных и президентов. Последние, впрочем, могут полететь — но кому это интересно в подобных случаях. И мы знаем, сколько человек погибло в метро, но не узнаем никогда, сколько рожениц не довезли до роддомов и инфарктников до реанимации.

Так что я шла, город стоял, и перезванивался, и перестукивался. Радовало, что кто-то все-таки догадался позвонить — на ходу отвечать на смс и послания в соцсетях очень и очень неудобно, так что уж извините, если мои небыстрые ответы кого-то заставили поволноваться: для этого надо было останавливаться, а останавливаться было нельзя, иначе автопилот на третьем часу пути мог и поломаться 🙂 Зато как же я возблагодарила все наши дружеские брожения по городу из конца в конец: когда бы не регулярные тренировки, дойти мне было бы значительно сложнее, и времени это заняло бы гораздо больше. К концу похода пришло смс от финского начальства, проявившего себя, надо сказать, с наилучшей стороны: мало того, что побеспокоились и связались со всеми, так еще и предложили несколько дней поработать в home office; а мне, узнав про мой вынужденный поход, так и вовсе велели нынче отдыхать. Так что мы с дочерью остались дома: отсыпаться от шока и лечить мозоли: все таки 13 километров на офисных каблуках даже для моей тренированности многовато, а что уж взять с изнеженных младенцев. Что, собственно, к лучшему, потому что наши станции метро первую половину дня все равно не работали, да и вообще — не хочется выходить. Фотографии, прилетающие с новостями, кстати, свидетельствуют, что мы такие — далеко не одни: открывшееся теперь уже почти полностью метро едет полупустое, на улицах тоже значительно меньше народу, чем в обычный будний день. И все чего-то тревожно ждут.

В общем и целом, мы отделались малой кровью — хотя барышня моя вот уже несколько часов бродит по дому никакущенькая и очень напоминает мне меня самое во времена Норд-Оста. К счастью или к сожалению, но я очень хорошо помню, как это было: ощущение липкого страха и бессилия, бессмысленности и ничтожности. А еще помню, как после взрывов в московском метро не могла физически ездить в метро в одном вагоне с женщинами, с ног до головы завернутыми в черные тряпки: просто вставала и выходила, и садилась на следующий поезд, даже если куда-то опаздывала. Бояться глупо, да, но мы все равно боимся. Только мы, взрослые, боимся, молча стиснув зубы, и делаем, что должно, потому, что иначе никак, а дети этого еще не умеют, и невозможно противно их этому учить…

P.S. А картинок не будет, не до того-с мне вчера было. Вот только карта маршрута — для тех, кто не силен в нашей географии 🙂